Печать
Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 
ЗАРНИЦЫ ПАМЯТИ. ЗАПИСКИ КУРСАНТА ЛЁТНОГО УЧИЛИЩА
Автор: Юрий Фёдоров   
zeus_k.jpg

Эпизод \\\\[82й]////
ГРОМ НЕБЕСНЫЙ


•>> Петро Галага
•>> Раскаты

•>> Портрет в интерьере: капитан Хотеев (продолжение)
•>> Мл. сержант Пётр Галага
(продолжение)
•>> Курсант Володя Журавлин
(продолжение)
•>> Лейтенант Трошин, лейтенант Контарев
•>> Нецензурщина, пьянство и выпивка: афоризмы и крылатые фразы из кино


22 мая 1972 г. (понедельник)
 

Очень тяжело что-то менять, ничего не меняя, но мы будем!
Михаил ЖВАНЕЦКИЙ
<<••>>
— Господа! Неужели вы будете нас бить?
     — Ещё как!
Из худ. к/ф-ма «Двенадцать стульев»

      С утра Петро Галага со всеми из нашего отделения был подчёркнуто вежлив. А со мной, можно сказать, – сама учтивость. После подъёма подошёл ко мне и тихим, вкрадчивым голосом, с придыханием, поинтересовался, не хочу ли я перед завтраком навести порядок в умывальнике, так как по графику подошла моя очередь?
      Я, конечно, тут же кивнул, всем своим видом показывая, что с самого раннего детства только и мечтал убирать в умывальниках Харьковского ВВАУЛ!
      Вообще-то, не царское это дело – в местах общего пользования порядок наводить! Но пришлось.
      В умывальнике я палубным методом смыл с полов следы сапог и разводы песка. А когда елозил тряпкой, вытирая пол насухо, задумался об этих дурацких полах.
      На первом курсе в журнале «Знание – сила» я читал о разнице психологии женщин и мужчин по отношению к уборке помещений. Женщина, моя полы, полагает, что они от этого станут чище, а мужчина надеется, что ему их мыть не придётся! А на что надеется курсант?
      Я в задумчивости выпрямляюсь и смотрю в окно, прислушиваясь к своему внутреннему голосу. Потом тяжело вздыхаю.
      Курсант надеется, что эти немытые полы когда-нибудь для него да закончатся!..
      Тут вспомнил о Галаге и подумал о возможной причине такого его учтивого ко всем обращения.
      Конечно, я не случайно удивился подобной галагинской перемене. За всю свою службу таким тоном ко мне (как, впрочем, и к другим моим товарищам) на тему чего-то убрать, вымыть или там подмести не обращался ни один младший командир! Чаще всего приказным тоном – стараются хоть в чём-то продемонстрировать свою, пусть маленькую, но власть. Да и Галага с тех пор, как его поставили нашим командиром отделения, тоже предпочитал тон обращения несколько свысока. (О поведении Галаги до командирства и о том, как Петро стал младшим сержантом, см. эпизод 4й «Курсантские будни».) Давно ли он называл меня «ср*ной интеллигенцией», входившей в число тех, кого пренепременно надо убивать? Не позднее, как вчера! Теперь же... Как говорит мой школьный друг Юра Ломанов, «Что касательно, то и относительно. А случись чего, вот тебе и на, пожалуйста!»
      «Вероятно, он не хочет воевать на два фронта! У него же неприятности», — подумалось мне.
      Но чувство недопонятого, того, что истинная причина где-то гораздо глубже, осталось.
      После построения эскадрильи, на котором перед строем снова вывели всех, попавшихся на выпивке, капитан Хотеев, подойдя к нам в хромовых сапогах и в портупее с пистолетом на боку (т.к. ещё с воскресного вечера заступил дежурным по полку), дал команду курсантам нашего звена на перекур не расходиться, а сразу заходить в класс предполётных указаний.
      — Сейчас вы у меня перекурите, ё* вашу мать! — пообещал он.
      Заметив, как Юран Делябин юркнул, было, в сторону, прикрикнул:
      — Делябин, стоять! Куда?!
      — В туалет.
      — Отставить! В класс!
      — Товарищ капитан!..
      — Я сказал – в класс!
      Юран сразу сник, стал задумчивым и со всеми пошёл в аудиторию, в которой обычно ставили задачу на полёты. У Румына тут же от волнения место над верхней губой стало обильно покрываться капельками пота. А Журавель, видя свирепое выражение лица командира звена и, посматривая на хотеевский пистолет в кобуре, выдохнул:
      — Только бы не пристрелил!
      Зашли. Расселись.
      Достаю лист бумаги, складываю его вдвое по высоте и готовлюсь начать вести стенограмму «выступлений», чтобы довольно точно потом постараться занести всё в свой дневничок. Благо – сижу в стороне от остальных, у самого окна. Что я там пишу (а, может, рисую?) – никто знает. И, хвала всевышнему, не подозревает, зачем я пишу! Иначе меня просто бы растерзали! Впереди от Хотеева меня прикрывала широкая спина Самойченко. Справа было окошко. А слева я положил полевую сумку и сверху – парочку книг («Пособие по технике пилотирования Л-29» и «Инструкцию лётчикам...»)
      Ведение конспектов приучило меня писать разборчиво и бегло. И я действительно пишу очень быстро. Если кто-то говорит не спеша, я умудряюсь записать всё дословно, без сокращений. Правда, от этого мой некогда красивый почерк испортился. Но тут уж ничего не поделаешь!
      •• >> [Много позже умение быстро и точно записывать за говорившим пригодится мне, когда попал в разведку и надо было вести протоколы допросов.] << ••
      Конечно, я мог бы всё и запомнить – память на такие вещи у меня хорошая и давно отточенная. Обычно я так и поступаю. Не всегда ведь имеется возможность стенографировать разговор. Но когда есть такая возможность, я предпочитаю всё же записать. Чтобы чего-то не упустить. Тут важны нюансы!
      И начался «разбор полётов» за субботу.
19_3.jpg
 Cum grano salis
 
      <<•>> Основу лексической системы русского языка образуют слова, словосочетания и отборные выражения…
Из материалов научного исследования «Лексика языка государственного управления»
<<•><•><•>>
      <<•>> После всего того, что мы сделали со своей речью, мы просто обязаны на ней жениться.
Кто-то из современников
<<•><•><•>>
      <<•>> — Набил бы я тебе рыло, только Заратустра не позволяет.
Илья ИЛЬФ и Евгений ПЕТРОВ, «Двенадцать стульев»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Нам грубиянов не надо. Мы сами грубияны.
Илья ИЛЬФ и Евгений ПЕТРОВ, «Золотой телёнок»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Даже из обыкновенной табуретки можно гнать самогон.
Илья ИЛЬФ и Евгений ПЕТРОВ, «Золотой телёнок»
<<•><•><•>>
      <<•>> Не хлебом единым жив человек. Нужно что-то и выпить.
Янина ИПОХОРСКАЯ
<<•><•><•>>
      <<•>> Даже Диоген выбрал себе жильём винную бочку.
Рената ШУМАН-ФИКУС
<<•><•><•>>
      <<•>> Реальность – это иллюзия, вызываемая отсутствием алкоголя.
Норман Фридерик СИМПСОН
<<•><•><•>>
      <<•>> Да и пью я ведь самую малость. Только... чтобы друзьям не досталось.
Андрей БРЕЖНЕВ
<<•><•><•>>
      <<•>> Мы не ругаемся матом. Мы говорим на нём.
Военный фольклор
<<•><•><•>>
      <<•>> В армию берут здоровых, а спрашивают, как с умных.
Медицинский фольклор
<<•><•><•>>
      <<•>> Печатное слово – сила. А непечатное всё же сильней!
Журналистский фольклор
<<•><•><•>>
      <<•>> — Чего такой грустный?
      — К начальнику вызывали...
      — И что, орал?
       — Да нет... Анал!..
Из анекдотов нового ХХI века
<<•><•><•>>
      <<•>> Известный артист театра и кино Евгений Весник был на гастролях в Одессе. Однажды стоит на остановке трамвая. Рядом одесситка – интеллигентная, хорошо одетая женщина. Мимо проходят пьяные, которые громко матерятся. Когда они удаляются, Весник обращается к женщине:
      — Извините, что не вмешался и не сделал этим грубиянам замечание. Мне в театре выступать, а могла быть драка, синяки, ссадины...
      — Та шо вы! — замахала руками одесситка. — Причём тут грубость? Они же искренне!..
Из артистических баек
<<•><><><><•>>
 01158911.jpg
icon1.gifDomi suae quilibet rex²
icon2.gif ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ
•• >> Капитан Хотеев << ••
(продолжение)

«...Характер нордический. Беспощаден к врагам рейха...»
Из тел. сериала «Семнадцать мгновений весны»

      Равиль вначале сдерживался (было видно, что с трудом), а потом переходил на крик фальцетом.
      Последовали отборные и совершенно неотборные, печатные и уж совсем непечатные выражения, самым нежным и безобидным из которых было «ж*па с ручкой». О том, что в русском языке имеются некоторые из услышанных нынче словосочетаний лично я, например, узнал только сегодня!
      — Я много раз со всеми курсантами звена начинал разговор о воинской дисциплине. Вы должны были проникнуться ответственностью или хотя бы благодарностью к своим лётчикам-инструкторам, которые вкладывают в вас свою душу, учат летать и передают свой лётный опыт! А что же у вас получается на выходе? — голос повышается. — Сплошное г*вно! Что всегда и должно быть на выходе из всякого курсанта! Мало того, потом этим самым г*вном вы с любовью мажете своих инструкторов и всё звено в целом! С этой субботы мы все с вами обоср*ны, по уши в дерьме! И уже воняем, не знаю, как!..
       «На границе тени ходят хмуро», — поётся в старой песне.
      «Тени» хмуро сейчас ходили у нас в классе. Совсем хмуро. И даже, наверное, совсем уже и не тени!
      Хотеев гневно обводит взглядом всех нас, сидевших перед ним, кротких и притихших, и поправил кобуру с оружием на ремне.
      Обернувшись, замечаю, как, глядя на руку, потянувшуюся к ПМ, Журавель распахнул широко глаза.
      Пошли персоналии.
      — Галага! П*здобол!
      Петро мгновенно подскакивает с места и стул из-под него прыгает куда-то назад. Младший сержант вытягивается в струну, поддавшись всем корпусом в сторону командира звена. И начинает глазами есть то место, где стояло грозное начальство, словно сие было самое интересное, что он видел за всю свою жизнь. Встретиться взглядом с командиром звена ему сил явно недоставало. Однако во всём облике чувствовалась внимательность, с которой Пётр готов вслушиваться во всё сказанное в свой адрес.
      — Ну?! Ж*па с ручкой3, г*вно на палочке4!..
      — Так точно! — быстренькой скороговоркой успевает вставить Пётр.
      — Как один на один, то вы, Галага, – сама дисциплинированность, не знаешь, куда вставлять, когда погладить! А ночью сам, после отбоя – всё, пошёл в разнос, отказ, зависание оборотов, стабилизатор не переставляется5! Нет, чтобы других остановить, одёрнуть, так сам пошёл п*здячить водку! Я спрашиваю, бл*дь! Какого х*я, Галага, вы пили в субботу?
      Кэзэ походил у классной доски из стороны в сторону, немного успокаиваясь. И остановился у окна.
      У меня перо над бумагой тоже замерло.
      Вообще-то, занятие фигнёй на собрании личного состава развивает боковое зрение, слух и бдительность в целом. Как я сказал, сижу в одиночестве за столом в третьем ряду у самого окна и, чтобы быть поближе «к жизни», мелким бисером фиксирую всё происходящее. Но в этом месте, используя паузу, я посмотрел по сторонам на наших.
      Все были сосредоточены и серьёзны. Только Юрий Белобородько, сидевший через стол в моём ряду у самого прохода, почему-то нацепил себе на физиономию презрительное и насмешливое выражение.
      С чего бы это? Ситуация ведь, прямо скажем, уже не из юморных…
      — Вы же, Галага, – младший сержант!.. Командир отделения!.. Пока!..
      Здесь Борода стал серьёзным, громко кашлянул, слегка привстал, с шумом, вроде как поправил под собой стул и садится опять. Но в этом жесте было что-то беспокойное, торопливое, я бы даже сказал, неприличное.
      И глазами ловит взгляд Хотеева.
      Странно! Зачем, почему?
      И тут до меня доходит! Да он, наверное, целую ночь не спал, всё мечтал, как вместо Галаги его назначат командиром отделения! Петра снимают. Так? Кого ставить? Чёрт, не кого! Как, не кого? Постой! Да вот же, Белобородько! Надёжа наша! Только его! Он старше всех на целый год! Вполне серьёзный, очень умный, вдумчивый парень (как он сам о себе думает)… То, что он безнадёжно тупой и в учёбе до тошноты бестолковый, еле-еле учится и ни х*я не соображает – так кто об этом здесь, в учебном полку, знает? А все курсанты промолчат: ведь Борода уже сейчас будет их командиром! Он сперва поотнекивается (для понту; не переборщить бы, не то не назначат!), а потом и согласится («А что я? Армия! Мне приказали!»). И тут его все моментально зауважа-а-ают! И уже не он перед Галагой будет заискивать, а Галага перед ним – вот она, минута торжества! Кручинин и другие п*здоболы сразу же засунут свои языки в ж*пу – не то не видать им увольнения на третьем курсе! («Ужо я-то им!») За него станут сдавать зачёты и экзамены или, во всяком случае, помогать при их сдаче, считать ему курсовые и лабораторные («Куда они денутся!»). И в отпуск приедет домой уже не просто курсантом, а младшим сержантом! («Все вокруг сразу поймут, какой я умный!»)
      М-да! Как говорил Пруст, «критик обязан знать всё, а о прочем – догадываться».
      Неужели это так? Неужели покашливание и громкое движение стулом под собой – для того, чтобы обратить на себя внимание командира звена? Мол, снимайте быстрее Галагу! Снимайте! Здесь я! Уже готов!
      С Бороды станется!
      Эх! Мечты, мечты, где ваша сладость!
      Да что же ты за человек, Юрий Белобородько?! Ну, и дурак же ты!
      На ум приходит ещё цитата. Из Козьмы Пруткова: «В глубине всякой груди есть своя змея».
      Но, видимо в груди Юрия эта змея уж очень солидная. И весьма ядовитая!
      Впрочем, это подходит и к Белобородько, и к самому Галаге!
      И ещё одно высказывание на памяти: «Мы познаём человека не по тому, что он знает, а по тому, чему он радуется». Так говорил Анри Бергсон.
      А Борода, судя по всему, неприятностям Румына рад!
      Попутно до меня доходит истинная причина перемены отношения ко мне и к моим товарищам со стороны Петра Галаги. Вероятно, он тоже полагал, что эта пьянка, скорее всего, приведёт к снятию его с должности командира отделения и лишению звания младшего сержанта. И на всякий случай хотел, чтобы в нашей памяти он, как младший командир, остался хорошим. Очень хорошим!
      Эта мысль была настолько самоочевидной, что я удивился, как она не пришла мне в голову с самого утра.
      Ну и дела! Как говорится, понятно стало, а легче нет!
      А Равиль ведь только начал!
      — И какой же у вас был великий повод для пьянства, Галага?
      — Никакого, товарищ капитан!
      — Ах, не-е-е было! Так, ё* же вашу мать, какого же х*ра?!. — Хотеев покачал головой: — Да-а, сам был курсантом, давно уже инструкторю, но такого, чтобы на вывозной [программе] курсанты х*ярили водку, такого на моей памяти ещё не случалось! Ну, что вы прикажете с вами делать?..
      И заорал, заводясь:
      — Галага, какого х*я вы молчите? Как вас, мудил х*еровых6, ещё еб*ть, чтобы вы поняли?! Скажите, как, ср*ньё недоёб*ное?!!
      — Можно ещё сильнее, товарищ капитан! — вжав голову в плечи, давит из себя Пётр.
      «Ну, конечно! — подумалось мне. — Он х*ярит водяру, а нас еб*ть ещё сильнее?! Вот же ссссука!»
      Равиль подходит к окну, успокаиваясь. Некоторое время задумчиво смотрит на улицу и тихо говорит:
      — Как ни крутись, а ж*па всегда сзади!
      Затем резко оборачивается к нам и снова на повышенных тонах:
      — Крутишься тут с вами, как белка в мясорубке, и всё без толку!
      Услыхав сентенцию о белке в мясорубке, я, стараясь спрятать свою улыбку, низко склоняюсь к своим записям, одновременно ещё больше загораживаясь сидевшим впереди Самойченко. Ибо я давно уже для себя уяснил: в некоторых ситуациях не улыбка красит человека, а умение её скрывать.
      Мы слышали от лётчиков, что когда-то Равиль, начиная инструкторить, материться абсолютно не умел. Был неким рафинированным молодым офицером. Поэтому зачастую молодой лейтенант Хотеев подходил к экипажам, где лётчики-инструкторы, которым этому учиться было уже не надо, натягивали своих курсантов за плохую дисциплину и низкое качество полётов в хвост и в гриву, стоял в стороне, слушал и мотал на ус. И даже кое-что для памяти за ними записывал в наколенный планшет. А затем, используя эти пометки, разносил своих раздолбаев в пух и прах. Так Хотеев матерел в буквальном смысле слова.
      Внимая в сей момент нашему командиру звена, следует признать, что учение не прошло зря! И сейчас заподозрить в нём самоучку-Ломоносова трудно! Профессионал! Высший пилотаж!
      А я? Что стало со мной? Помнится, я тоже только в десять лет узнал, что есть такое страшное ругательство – «дурак». И для меня это было таким скверным словом!
      А теперь в разговоре у меня выходят маты, как из-под пера, походя. Для связки слов. Уже и не замечаешь! Еб*т твою... Во! Опять!
      Кэзэ между тем порево продолжал:
      — Одни ебу*и за вас получаешь! Правильно в авиации умные люди говорят: не целуй курсанта – у него везде ж*па! А раз есть ж*па, то некоторые из вас стремятся воспользоваться ею в полном объёме и обоср*ть из неё всё вокруг!..
      И крикнул:
      — Галага!
      — Я…
      — Вы знали, что этот х*р, который Журавлин, на грани отчисления? Что он учится в училище, можно сказать, условно?..
      — Так точно.
      — И всё равно пошли с ним пить?.. Что вы молчите, как ещё невыеб*ный юный партизан на допросе у гестаповца? Отвечать!
      — Я… я… — опустив глаза, пытается что-то отыскать в своё оправдание Петро. — Я…
      — Что я?! Х*й от соловья!
      — Хотел, чтобы ему выпивки меньше досталось! — совсем тихой очередью отстрочил Пётр.
      От услышанного чуть не сваливаюсь на пол! Даже руку поднёс ко рту и больно закусил, чтобы не хохотнуть!
      И, поведя глазами, замечаю на себе косой свирепый галагинский взгляд.
      А мне плевать! Я над тобой, дураком, смеюсь и над твоей глупостью!
      К счастью, этого сержантского «оправдания» Хотеев не услышал.
      — Чего? Что вы там лепечите? Что вы, титко п*здытэ7? — фраза на украинском языке от башкира Хотеева выглядела вычурно.
      Петро промолчал. Повторить этот вздор он не решился. Только лицо его покрылось пятнами. А над верхней губой не просто мокро, а прямо, можно сказать, слёзы. Даже губы мокрыми стали!
      — Журавлина я ведь ещё в первые дни после приезда предупреждал!.. Делябин, опусти руку!
      — Товарищ капитан, разрешите выйти в туалет? — привстаёт Юран.
      — Нет! Поср*ть отпускаю только с большим желанием на лице!..
      — Да я не поср*ть…
      — А посс*ть тем более! — парирует Равиль и у него в облике мелькнуло что-то подобное улыбке.
      Я уже с трудом сдерживаюсь, пытаясь не прыснуть смехом во весь голос. И не понимаю, почему не смеётся всё звено? Или до них не доходит существо сказанного командиром звена?
      Равиль между тем разошёлся не на шутку:
      — Когда я вижу честный и чистый взгляд курсанта, сразу чую что-то неладное!.. Кручинин! Где Кручинин?
      Я тут же нахожу в себе силы спрятать свою смешливость от сказанного кэзэ, и с видом любопытствующего суслика выглядываю из-за широкой спины Витьки Самойченко.
      «Кому я здесь и с какого х*я понадобился? Я же, вроде, пить – не пил, поср*ть и посс*ть не прошусь!» — должен был сказать мой облик.
      Впрочем, если речь идёт о чистом и честном взгляде курсанта, тогда это, конечно, обо мне!
      Наши взгляды с командиром звена встречаются.
      — Так! Кручинин, предупреждал я Журавлина?
      Я вздыхаю, опираясь руками на стол, поднимаюсь, медленно выпрямился и, глядя в глаза командиру звена, молчу. Говорить ничего не хотелось. Что, я – единственный свидетель?
      — Передышко, был такой разговор?
      Саня поднимается и, не глядя на Хотеева, лишь кивает.
      — Самойченко, предупреждал я Журавлина?
      — Так точно! — вставая, тихо говорит Витюля.
      — Садитесь!.. — эта команда нам. — Журавлин!
      — Я, — Вовка подскакивает с места ни жив, ни мёртв: вот пришёл и его черёд.
      Сейчас кэзэ достанет свой пистолет из кобуры и...
      Равиль, распалившись, набрасывается на него, яко дикая собака Динго:
      — Спрашиваю у вас! У нас с вами, товарищ курсант, после приезда в Кручу был разговор насчёт дисциплины, употребления спиртного и самоволок?.. Я вас предупреждал?.. Отвечать, если спрашивают! — срывается на фальцет кэзэ.
      — Так точно, товарищ капитан.
      — И всё равно употребили?.. Я спрашиваю, бл*дь: какого х*ра?.. Что вы мне сейчас фигу лицом показываете? Ишь, кисейная барышня, глаза вниз опустил! Давно уже не целка! Поднять взор! Смотреть на меня! Чтобы я видел ваши бессовестные зенки!.. Курсант способен на любые мерзости, которые может выдумать! И ваш случай мне теперь наука!.. Да! Между прочим! В субботу перед ужином я вас встретил за проходной. Вы мне сказали, что идёте на почту! А куда на самом деле п*здовала8 ваша хитрая тушка? За вином, за водкой? Или за самогоном местного разлива?
      — Никак нет! На почту, товарищ капитан!
      — Что, никак нет! На какую почту! С каких это пор на почте стали продавать спиртное? Что вы мне здесь х*и валяете9? У меня после всех ваших полётов уже дома ничего делать не хочется! А тут вы меня своими нетрезвыми выеб*нами добиваете. Хотите, чтобы у меня ещё х*й с женой не стоял? Мне оно надо – вас е*ать? За вас, пьяных му*аков, получать п*здюлей от командира эскадрильи? Всякую х-х-х*йню выслушивать в свой адрес? У меня единственный нерв, теперь и он оголён! И вы, Журавлин, и вы, Галага, мне его портите! А крови скоро вообще уже не останется! Можете написать своим родителям, что каждый из вас уже выпил по литру моей чистой крови!
      Командир звена переводит дух, чтобы собраться с мыслями и вспомнить новую порцию очень воспитательных фраз. И заводясь, постепенно повышая голос до криков:
      — Я же вас, Журавлин, просил, как человека просил! Ё* вашу! Предупреждал! Бл*дь! Говорил! Ядр*на вошь! А теперь к ёб*ной матери! По п*изде мешалкой10! Отчислю к х*ям11! Мне такие и в п*здяру не нужны! Таких подчинённых, как вы, Галага, и вы, Журавлин… и другие, если кто с вами был, – за х*й и на улицу12! Звено хочет стать отличным, а в него п*здячат грязь свои же... Бьёшься с вами как бл*дь на х*ю13, а толку?.. Никакой отдачи, никакой благодарности! Говно у меня будете жрать14, алкаши х*евы15!
      — Так точно, — строчит Петро, не поднимая на кэзэ глаз.
      «Да молчи уже! — с раздражением подумал я. — Противно ведь!»
      Хотеев, чуть тише:
      — Уж не знаешь, какие ещё слова придумать, чтобы дошло до вас, п*здюков! Не хотите по-плохому, по-хорошему будет ещё хуже! Пускай мне х*й на пятаки порежут16, но вы у меня теперь без спроса х*р не почешете17! Я вам, бл*дь, устрою сладкую жизнь! Слезами у меня умоетесь! Го*ном своим рыдать будете!.. Делябин, опусти руку! Ладно, иди уже мочиться в туалет. Возьми тряпку у доски, заодно помочи и её!..
      Я сдавленно прыснул смехом в кулак. Галага снова покосился на меня.
      А Хотеев продолжал воспитательно стращать:
      — Ваши лётчики-инструкторы ежедневно будут ответственными в казарме и вас пасти от подъёма до отбоя, и даже дальше – пока не заснёте! И после отбоя, до утра будут! Чтобы они злее по отношению к вам, алкашам, были! Если не умеют воспитывать! Инструктор не отдыхает – ни х*я летать не может! Значит, и весь его экипаж х*й летать будет! А вас, пьянь п*здорезная, всех спишу по-нелётной [успеваемости]! Вы у меня вылетите [на самолёте] самостоятельно! «С северным стартом через Южный вокзал»18! Из ХВВАУЛ на х*ю боком вылетите! С моей подачи! Н?чего в авиации плодить лётчиков-алканавтов! Как пробки от бублика повылетаете из училища!
      Я почесал ручкой кончик носа и попытался себе представить пробку к бублику, но, как ни старался, так и не смог этого сделать. И, переварив эту фразу в голове ещё раз, снова чуть не хохотнул – явно не к месту.
      К счастью, Хотеев был занят другими и поэтому мой задавленный смешок не заметил.
      То, что на меня бычится Галага, мне было по большому счёту наплевать.
      — На х*й! Я вам, бл*дь, дам! Вы у меня этот выпивон надолго запомните, с-сволочи! Чуть ещё что, считайте себя без вести пропавшими! И тогда не удивляйтесь, если вашими ж*пами будут играть в футбол! Вот!
      Он поводит налитыми ненавистью глазами попеременно с Румына на Журавля и опять на Румына.
      Его можно понять: у кэзэ скоро выходит срок на представление к званию «майор» (у наших инструкторов – на звание «старший лейтенант»), а тут такие подарки! Да и в наряд дежурным по полку в воскресный вечер загудел у комэски, наверное, в качестве наказания...
      — Вы, двое, меня усвоили, бл*дь?
      — Так точно!
      — Остальные тоже?
      Равиль обводит взглядом всех курсантов. И обращается к Стёпику:
      — Липодецкий, закрой рот! Я уже кончил!
      И я от этой фразы снова низко пригибаюсь к столу и закусываю кулак, чтобы не прыснуть от смеха во весь голос...
      
19.jpgВдогонку:

       ••>> Пытался до конца познать я всё, что видел.
           А стал и зол, и сир.
АРРАНИ

Facili gradu19

      <<•>> Первый человек, который бросил первое ругательство вместо первого камня, был творцом цивилизации.
Зигмунд ФРЕЙД
<<•><•><•>>
      <<•>> В здании языка есть камеры для ненормативной лексики.
Валентин ДОМИЛЬ
<<•><•><•>>
      <<•>> Семья решает, где лучше поставить ёлку. Решили спросить сына. Мальчик осмотрел комнату и говорит:
      — А вот здесь ёлку и надо зап*здячить!
      Отец даёт сыну подзатыльник и спрашивает:
      — Понял?
      — Понял.
      — Что понял?
      — Что ёлка здесь и на х*й не нужна...
Из анекдотов нового ХХI века
<<•><•><•>>
      <<•>> Ультиматумы не действуют на алкоголиков.
Джо КИНГ
<<•><•><•>>
      <<•>> Умеренная трезвость ещё никому не повредила.
Марк ТВЕН
<<•><•><•>>
      <<•>> Не знаю, на что женщины тратят столько денег: они ведь не пьют, не играют в карты и не содержат женщин.
Эррол ФЛИНН
<<•><•><•>>
      <<•>> Пьяный человек – не человек, ибо он потерял то, что отличает человека от скотины, – разум.
Томас ПЕЙН
<<•><•><•>>
      <<•>> Начало пути – рюмка, середина – выпивающая компания, лёгкая выпивка, пара рюмок за обедом. Конец – в тюрьме за убийство в пьяном виде, за растрату, в психиатрической больнице, в могиле от случайной лёгкой болезни.
Джек ЛОНДОН
<<•><•><•>>
      <<•>> Сначала вы требуете выпивку, потом выпивка требует выпивки, потом выпивка требует вас.
Синклер ЛЬЮИС
<<•><•><•>>
      <<•>> — Сан Саныч! А Гаврила Петрович по фене ругается!
Из худ. к/ф-ма «Джентельмены удачи»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Не ругайся, Маня, ты мне молодого человека испортишь!
Из тел. сериала «Место встречи изменить нельзя»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Этот Василий Али-Бабаевич... этот нехороший человек... мне батарею на ногу... уронил… Падла!!!
Из худ. к/ф-ма «Джентельмены удачи»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Не сочти это за упрёк, но ты должен был им объяснить, мой милый Фармизан, что говорить на блатном жаргоне – это дурной тон!
Из польского худ. к/ф-ма «Гангстеры и филантропы»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Свинья!
      — Думай, что говоришь!
      — Я слишком стар, чтобы выбирать выражения.
Из америк. худ. к/ф-ма «Поезд»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Ну и домик у нас! То обворовывают, то обзывают! А ещё боремся за почётное звание дома высокой культуры быта! Это же кошмар! Ужас!
Из худ. к/ф-ма «Иван Васильевич меняет профессию»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Шолом, Микки! Ты – ублюдок!
Из америк. худ. к/ф-ма «Откинь гигантскую тень»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Что скажешь?
      — Ничего такого, что можешь произнести при даме!
      — Кто тебя останавливает?
      — Моя внутренняя женщина.
Из америк. худ. сериала «Андромеда»
<<•><•><•>>
      <<•>> — В русском языке имеется полтора миллиарда слов. Это вычислил учёный.
      — Какой?
      — Менделеев.
Из худ. к/ф-ма «Красная площадь»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Господин Уэф, я представитель цивилизованного мира и требую, чтобы вы проследили за своим лексиконом!
Из худ. к/ф-ма «Кин-дза-дза!»
<<•><><><><•>>
 002.jpg
— Слова? Слова-то, кажется, есть. Но они почему-то все нецензурные!
Из худ. к/ф-ма «Дублёр начинает действовать»

      Через полчаса на предварительной подготовке у нас в классе Батя тихо, но гневно Журавлину заявил:
       — Я с тобой летать не буду! Командир звена – тоже! Комэске некогда и тоже не будет! Если командир полка захочет, пусть возит [по программе]! А я, бл*дь, не буду! И никто мне не прикажет!..
      И оттого, что это было сказано без крика, в словах Трошина почудилась какая-то внутренняя сила.
      У нас наступила тишина. И мы все услышали, как в классе напротив лейтенант Контарев, командир первого экипажа, в котором летал Галага, благим матом орёт там на своего проштрафившегося подчинённого:
      — Галага! Е*аный, куда попало! Ты – ср*ная пьянь, а не младший сержант!..
      Что говорил Петро, нам слышно не было. Но нетрудно догадаться, какие именно фразы из устава были на выходе из его уст.
      В отличие от Контарева, Трошин не орал.
      — Мне, Журавлин, что, оно нужно, это взыскание, которое я за тебя получил?.. Ё* вашу мать! Уже и не знаешь, что сказать!..
      Инструктор говорил, опустив глаза в стол. А тут поднимает на Вовку свой взор:
      — А вообще, ради интереса, скажи, Журавлин, у тебя совесть есть? Ведь ты же слово на Совете [училища] давал! Чего молчишь, как сыч? Я, бл*дь, кажется, спросил: совесть у тебя есть?
       — ...Есть. Поэтому я и не заходил сюда...
      За ним посылали меня. Специально. Возможно, в моё отсутствие Батя поимел и Шурко, и Витюлю за то, что и они оказались в «чёрном» списке комэски.
      Вовку Журавлина я нашёл в Ленкомнате. Он писал письмо. Наверное, оно было адресовано дяде, начальнику связи училища. Дядя уже помог ему однажды восстановиться после первого отчисления. Поможет ли сейчас?
       А из противоположного класса всё доносилось раскатами:
      — Галага! Недоёб*ный в ж*пу и другие полезные места! Ты – пьяная ср*нь!..
      М-да! У Контарева воспитательная работа особым разнообразием не блистала: чем отличалась «ср*ная пьянь» от «пьяной ср*ни» без высшего военного образования догадаться было тяжело.
      Пожалуй, командиру первого экипажа в этом деле надо получить «провозку»20 у капитана Хотеева!
      А у Петра в его положении вряд ли найдётся мужество сказать какие-нибудь другие слова из устава. Например, «никак нет, товарищ лейтенант!»
      — Нет, нет у тебя ни х*я совести, Журавлин! — тихо проговорил Батя.
      — Нет, — как эхо повторил Вовка.
      Честно говоря, мне Журавля нисколько не было жаль! Я не радовался его падению. Но и не жалел его. Нисколько. И не потому, что предупреждал его. Систематические пьянки, до которых он опустился, когда-нибудь должны были открыться.
      Что касается остальных, то Ёсипов там намудрил. Саню Передышко, Витюлю Самойченко, Вовку Ласетного, Лёху Белугу и Серёгу Ровенского он влепил туда, видимо, по старой памяти. Но правда была восстановлена!
      Поэтому в звене драли в основном Галагу и Журавлина, а в экипаже – только Журавля.
      Впрочем... Почему это на построении с комэской Шурик Передышко стоял перед строем, побелев лицом, как мел? Даже нос!..
      М-да, странно и непонятно: «Канберра»21 – и на малой высоте?
      Действительно ли их на употреблении не было? Или, чтобы их там не было, больше нужно нашим инструкторам, кэзэ, да и комэске?
      Вот и разберись в людях, писатель!

 Maestoso!²²
 
      <<•>> Поневоле прослывёшь злым, когда всё замечаешь.
Пьер БОМАРШЕ, «Безумный день, или женитьба Фигаро»
<<•><•><•>>
      <<•>> Нам жить – вы и решайте!
Питер УСТИНОВ
<<•><•><•>>
      <<•>> Чем меньше букв, тем ёмче слово!
Из наблюдений
<<•><•><•>>
      <<•>> Ты не более беззащитен перед миром, чем мир перед тобой!
Авессалом ПОДВОДНЫЙ
<<•><•><•>>
      <<•>> Одному кажется, что бог послал, другому – чёрт попутал.
Борис АНДРЕЕВ, Народный артист Советского Союза
<<•><•><•>>
      <<•>> — Ну, выпил лишнее, вот и показалось страшно.
Из худ. к/ф-ма «Вий»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Ну и гадость дают тут честным пьяницам у вас.
Из худ. к/ф-ма «Пропавшая грамота»
<<•><•><•>>
      <<•>> — О, да ты, наше благородие, нарезался!
Из худ. к/ф-ма «Иван Васильевич меняет профессию»
<<•><•><•>>
      <<•>> — А не выпить ли нам рюмки?
      — Не хочу! Не хочу обижать вас отказом.
Из худ. к/ф-ма «Поминальная молитва»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Выпьем за тех, кто ждёт моего провала, кто считает меня дурой!
Из худ. к/ф-ма «Женщина в розовом цвете»
<<•><•><•>>
      <<•>> — А не хлопнуть ли нам по рюмашке?
      — Заметьте, не я это предложил!
Из худ. к/ф-ма «Покровские ворота»
<<•><•><•>>
      <<•>> — Он их обидеть не может! Сидит с ними целыми сутками!
      — Пьют?
      — Как кони!
Из худ. сериала «Цыганки»
<<•><•><•>>
      <<•>> — По рюмочке?
      — По-моему, я велел тебе подать шампанское в конце!
      — У меня плохой слух!
      — Музыку!
Из худ. к/ф-ма «Король фальшивомонетчиков»
<<•><•><•>>
      <<•>> В детсаду идёт занятие с детьми. Изучают буквы. Воспитательница показывает разные карточки с рисунками.
      Нарисован самолёт и большая буква «С». Дети хором:
      — Самолёт, буква «С»!
      Нарисована морковь. Дети хором:
      — Морковка, буква «М»!
      Воспитательница показывает карточку, на которой изображён песец и буква «П». Дети молчат.
      Воспитательница:
      — Ну что же вы! Это же песец!
      Все молчат, только один мальчик, внимательно посмотрев на рисунок, проговорил:
      — Марь-Ванна, песец – это когда всем сейчас будет очень плохо! А это просто белая лисичка!..
Из действительного случая в одном из детсадов Харькова
<<•><•><•>>
      <<•>> Как-то вечером Папа Римский решил пройтись по улицам города и подышать летним воздухом. И вдруг видит маленького мальчика, курящего сигарету.
      — Милый сын мой, — говорит Папа, — не слишком ли ты молод, чтобы курить?
      — Да пошёл ты, батя, на х*й! — в сердцах говорит юнец.
      Папу чуть инфаркт не хватил!
      — Ты что, мальчик! — кричит он. — Ты мне – великому Понтифику, викарию Христову, главе Католической церкви, служителю господа нашего и пастырю людскому, говоришь «Пошёл на х*й»?! Да пошёл ты, мальчик, сам на х*й!
Анекдот XXI века
pastarchives.jpg
       Напоминаем, что оценить представленный материал вы можете не только в комментариях, но и с помощью выставления оценки ЛУЧШИЙ-ХУДШИЙ  (по пятибальной шкале) и нажав клавишу РЕЙТИНГ вверху страницы. Для авторов и администрации сайта ваши оценки чрезвычайно важны!
_____________________
      1 Cum grano salis (лат.) – букв. «с крупинкой соли»; остроумно; с иронией.
      2 Domi suae quilibet rex (лат.) – В своём доме всяк государь.
      3 Ж*па с ручкой (неприличн.) – человек, допустивший некорректность поведения, к которому говорящий относится грубо-фамильярно и оценивает его качества, сопоставляя со свойствами объекта, неспособного выполнять свои функции из-за абсурдности устройства.
      4 Г*вно на палочке (неприличн.) – что- или кто-либо характеризуется самыми отрицательными свойствами, вызывающими чувство отвращения.
      5 Как уже упоминалось, на Л-29 для облегчения управления самолётом был переставляемый электросистемой стабилизатор, автоматически устанавливавшийся в зависимости от положения закрылков. Если система отказывала, то возникали трудности с управлением самолёта в поперечном отношении, особенно на посадке.
      6 Мудила х*еров (мудак, козёл, сука) (нецензурн.) – кто-либо не просто мудила (мудак, козёл, сука), но и ничтожен, занимая самое низкое положение среди себе подобных.
      7 Что вы, тётко п*здытэ? (укр. нецензурн.) – что вы, тётка, такое говорите?
      8 П*здовать (нецензурн.) – здесь: идти; направляться.
      9 Х*и валять (нецензурн.) – не делать требуемого, необходимого, занимаясь чем-то второстепенным и получая от этого удовольствие.
      10 По п*изде мешалкой (погнать/дать) (нецензурн.) – выгнать кого-либо откуда либо [в данном случае из ХВВАУЛ] с позором в виде наказания за проступок.
      11 К х*ям (нецензурн.) – [здесь] процедура, приводящая к устранению элемента ситуации, которую надо реализовать в полной мере, что сопоставимо с перемещением данного элемента в пространство, находящееся за пределом личной сферы говорящего; совсем, полностью.
      12 Таких подчинённых – на х*й и на улицу/в музей (нецензурн.) – сентенция, указывающая на необходимость немедленного прерывания всех связей, если подчинённые допускают некооперативные действия. Здесь: выгнать; убрать с глаз долой.
      13 Биться как бл*дь на хую (неценз.) – делать что-либо, прилагая чрезмерные усилия и не имея надежд на скорое достижение цели.
      14 Г*вно будете у меня жрать (неприличн.) – поставить в очень трудную и унизительную ситуацию, вызывающую такое же отвращение, как поедание нечистот.
      15 Алкаши (мудаки, козлы, суки и т.д.) х*евы (нецензурн.) – кто-либо занимающий самое низкое положение [в данном случае] алкаш, но он ещё и ничтожен, занимая самое низкое положение среди подобных.
      16 Пускай мне х*й на пятаки порежут (нецензурн.) – готовность говорящего понести очень болезненное наказание, если его слова окажутся ложными или обещания не будут выполнены.
      17 Без спроса х*р не почешете (неприличн.) – без разрешения даже не сделаете то, что нужно и очень хочется.
      18 «С северным стартом через Южный вокзал» – в лексиконе инструкторов означало, что вместо самостоятельного вылета, уедешь с харьковского Южного вокзала куда-нибудь подальше.
      19 Facili gradu (лат.) – С лёгкостью.
      20 Провозка – в авиационном просторечье вывозной или контрольный полёт с инструктором.
      21 «Канберра» – самолёт-бомбардировщик в ВВС Австралии.
      22 Maestoso (ит.) – торжественно, величественно (муз.).