3ve3da.jpg  [ХВВАУЛ-74] Харьковское Высшее Военное Авиационное ордена Красной Звезды Училище Лётчиков ВВС
им. дважды Героя Советского Союз
а С.И. Грицевца
homemail
< Май 2012 >
П В С Ч П С В
  1 2 3 4 5
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
Сообщения чата
Сейчас 555 гостей и 1 пользователь онлайн
  • upatrumclem

ЛЁТНЫЙ СЛЕД НАШИХ ОДНОКУРСНИКОВ PDF Печать E-mail
Рейтинг пользователей: / 20
ХудшийЛучший 
История - Вып. 1974 г.
      Для читателей сайта мы отыскали в своих рядах нового талантливого автора! Знакомьтесь: Николай Козлитин, наш однокурсник. Это спокойный, невозмутимый, всегда уравновешенный парень, надёжный во всех отношениях товарищ. Если появляются у вас с ним какие-то разногласия, он всегда выслушает вашу точку зрения, выскажет свою. Ежели ваши доводы покажутся убедительными, согласится, нет – уж извините, сделает по-своему, иногда даже жалея потом об этом. Но Николай понимает: это был его выбор и винить в этом он не вправе никого, кроме себя. Но чаще этот вдумчивый курсант, затем офицер всё делает правильно. Может, поэтому с Колей Козлитиным было всегда легко. На него во всём можно было положиться. Не сомневаюсь, что его уважали и любили курсанты, которым посчастливилось учиться у него летать. Если дойдут руки, о Коле Козлитине вы прочтёте в третьей книге моих дневников «Зарницы памяти. Записки курсанта лётного училища» о полётах на выпускном курсе. Там уж без него не обойтись – с Колей мы летали в одном экипаже на 4м, выпускном курсе в Канатово у одного инструктора – Сергея Юрьевича Червякова! И эта часть книги для Николая будет сюрпризом, потому как он, как и другие мои товарищи, не подозревал, что я веду подробный дневник о нашем курсантском житие...
      А пока представляем вам воспоминания лётчика-инструктора Николая Ивановича Козлитина о его командировке в Ирак. Лёгкий слог, прекрасное чувство юмора, тонкие наблюдения заставляют проглотить эссе на едином дыхании. Неторопливо, с инструкторской методичностью он повествует о жизни нашей лётной диаспоры в Ираке, о тонкостях обучения курсантов-арабов. И вы ловите себя на мысли, что вам это интересно читать! Обратите внимание: в материале почти отсутствуют диалоги, но это не делает написанное скучным и монотонным!
      Мы поздравляем Николая с литературным почином! Ждём ваших откликов (автору будет приятно). И надеемся, что он ещё не раз порадует читателей своими яркими литературными набросками.

Ko3_11.jpg
Николай КОЗЛИТИН

Военный лётчик-инструктор 1го класса
Выпускник ХВВАУЛ 1974 г.


КОМАНДИРОВКА В ИРАК
     
      Октябрь 1983 года. Перед отпуском просто ради спортивного интереса спросил у врача части, есть ли путёвка в какой-нибудь санаторий. Оказывается, когда не очень сильно хочется, всегда легко получается. Путёвки были, выбирай на любой вкус. Остановился на Ленинграде. Санаторий Министерства Обороны на Каменном острове, без семьи. Осень, курорты солнечного юга пусты, погода дождливая, лучше уж посмотреть достопримечательности северной столицы, заодно подлечить остеохондрозы, тонзиллиты и им подобные бякости, что накопились за годы работы с курсантами.
      Ленинград встретил приветливой солнечной голубизной осеннего неба. Санаторий нашёлся быстро. Но с входом на территорию его начались неожиданности – во время оформления бумаг по устройству проявился сослуживец по Ахтырскому полку Прохоренко Юра, который с женой тоже приехал сюда отдохнуть, в надежде не встретить здесь ни одной знакомой инструкторской рожи. Первая приятность для обоих.


      Через полчаса встретил ещё двух товарищей с жёнами, уже из Чугуевского полка, где я служил предыдущие шесть лет перед переводом в Ахтырку, Сашу Ткачёва и Славу Денисова. Ещё сюрприз. С Ткачёвым мы три года летали в одной эскадрилье, а с Денисовым жили в одном доме. На следующий день из Купянска подъехали два однокашника по учёбе в училище с жёнами-ахтырчанками, знакомыми ещё по лейтенантской службе в «городе гусаров».
      В общем, отпуск удался на все 100%... Оказывается нигде, даже на острове, с таким привлекательным названием «Каменный», нельзя уединиться и отвязаться от однополчан и сослуживцев.
      Здание санатория – это бывший дом-дворец одного из инженеров, строивших Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД). В комнате нас поселилось четверо. Размеры этой комнаты позволяли вместить раз в десять больше людей. Ближе всех по возрасту в комнате оказался Андрей – вертолётчик, отдыхающий в очередном отпуске после напряжённой работы в Афганистане. С ним мы записались на все имеющиеся экскурсии по музеям и историческим местам города Петра Великого, города – колыбели революции. В билетных кассах закупили билеты на вечера в концертные и спортивные залы города. Разведали, где есть хорошая баня и, при первом случае, собрав компанию из шести человек, опробовали её. Нам понравилось, что сауна и русская парная были рядом, а в комнате отдыха работал прекрасный бар. Позже наши посещения этой бани стали систематическими.
      Распорядок дня стал нравиться. Утром в спортзал, после него душ, завтрак, назначенные процедуры. Далее экскурсии или самостоятельное посещение музеев, памятных мест. Вечером театры, концертные залы, где за 10-15 минут до начала антракта мы уже были в буфете. Перерывы запомнились даже больше, чем представления.
      Подходил праздник Октябрьской революции, и за три дня до 7 ноября, с утра написав рапорт начальнику санатория, я рассчитался и уехал домой в Ахтырку.
      Первым, кого встретил в Ахтырке – был начальник штаба нашей эскадрильи Борис Андреевич Дудник, сообщивший, что на меня отправили представление на заместителя командира аэ – штурмана аэ. Штурман уходил на повышение. Поворчав ради приличия, что хотел съездить за «бугор», а с повышением это не светит, пошёл догуливать отпуск.
01.jpg
— Так! Кто следующий? Тебя, что ли, научить летать?
 
      После отпуска узнал о преждевременности своих треволнений. На сборах командиров аэ в училище товарищ, на место которого планировали меня, хорошо подружился со спиртным и его отправили назад продолжать штурманить. Соответственно и я остался на своём месте. Правда, через небольшой промежуток времени командир полка предложил мне спецкомандировку в одну из жарких стран. Как потом выяснилось, этой страной оказался Ирак, где наши инструкторы обучали арабов в местном колледже ВВС. У них истекали сроки контрактов, нужна была замена.
      Вместе со мной оформились ещё пять лётчиков полка, в том числе мой старший лётчик Анатолий Ракчеев. Вызова ждали около года, повторно переоформили документы, продолжая надеяться, что вот-вот придёт приказ. Меня и Ракчеева после новогодних праздников назначили перегонять самолёты в Тамбов на АРЗ в ремонт.
      С улучшением погоды разрешили перелёт. Мой самолёт запустился, самолёт ведомого заупрямился, несколько попыток запуска результатов не дали. Пришлось выключаться и мне.
      Когда пришли на КП, то диспетчер сообщил приятную новость – пришёл приказ прибыть в Москву 18.02.1985 г. в распоряжение ГШ. Вторая новость была менее приятна: командир полка приказал самолёты всё-таки в Тамбов перегнать, потом возвратиться в полк, рассчитаться со всеми службами, и только потом убыть в Москву. До конца светлого времени инженеры колдовали над самолётом, но запустить двигатель так и не удалось. Командир дал отбой перелёту нашей паре.
      На следующий день мы рассчитались с полком. Далее в Киев на собеседование в штаб авиации Киевского военного округа.
      В здании киевского железнодорожного вокзала мы увидели старшего лейтенанта, пьяного до такой степени, что в интерьер вокзала он всё никак не мог вписаться, так его качало из стороны в сторону. Второй раз мы встретили этого воина уже в штабе авиации округа, где с напутственным словом перед нами выступал Член Военного Совета. Генеральский глаз узрел неадекватного старлея и он спросил офицера, кто он, откуда и по какому поводу изволил накушаться. На что старший лейтенант, представившись, молвил, что он техник самолёта из Канатово, а употребил лишку по поводу прощания с семьёй и товарищами перед отправкой в Афганистан. Генерал разрешил офицеру садиться, и больше к его личности не возвращался. Как сложилась дальнейшая судьба этого техника неизвестно.
      В назначенное время мы были в Москве. Здесь несколько дней изучали различные документы, необходимые для решения задач в другом государстве, знакомились с особенностями уклада жизни, культуры и менталитета местного населения, среди которого придётся жить и работать. Многое пригодилось впоследствии. Когда было уяснено всё необходимое, вплоть до порядка прохождения таможни как нашей, так и арабской, нам выдали билеты и на следующий день на самолёте аэрофлота Ту-154 мы вылетели в Багдад.
      В Шереметьево-2 после паспортного контроля был неплохой буфет, там мы скоротали время перед вылетом и прикупили немного спиртного на дорожку. Промежуточная посадка должна была быть на Кипре, но из-за забастовки работников аэропорта Ларнака, нас для дозаправки посадили в Симферополе. Из самолёта не выпускали, а так как у нас водочка была при себе, мы не стали долго ждать и занялись менее важным – уничтожением «зелёного змия». В мусульманской стране сей продукт не приветствуется, поэтому решили довезти туда половину его. Полностью избавляться было нельзя, так как в колледже нас ждали товарищи и без чёрного хлеба, водки и селёдки мы их оставить никак не могли, сложившаяся традиция нарушаться не должна.
      Над территорией Ирака мы были ночью. Поразило то, что в воюющей стране не соблюдалась никакая светомаскировка. Освещены были дороги, малые и большие населённые пункты, отдельно стоящие строения. Как позже нам рассказали, руководство страны намечало деньги, полученные от продажи нефти (экспорт её в 1983 году составил 35 млн. тонн) направить на индустриализацию, требующую больших энергоресурсов. В связи с этим по рекам Тигр и Евфрат построили ряд гидроэлектростанций, энергия, которых, из-за начавшейся войны Ирака с Ираном, оказалась не востребована. Вот и осветили дороги и населённые пункты. Воздушных атак противника население Ирака не боялось. Авиация Ирана была разгромлена собственным руководителем государства Аятоллой Хомейни. Вернувшись в 1979 году из эмиграции, Хомейни Рухолла Мусави возглавил революцию, приведшую к свержению шахского режима и установлению исламской республики. А лётчиков, как наиболее образованных и недовольных сменой режима большей частью уничтожил.
      Иракская Республика – государство в Западной Азии, площадью 435 тысяч квадратных километров, населением на 1984 год 15,2 млн. человек, главным образом арабы (3/4 нас.) и курды. Столица – город Багдад (3,5 млн. жителей), основанный в 762 году. Официальные языки арабский и курдский, религия – ислам. Климат субтропический на севере страны и тропический на юге. Преобладают степи, полупустыни, пустыни. С северо-запада на юго-восток страну пересекают две больших реки Тигр и Евфрат, сливающиеся перед Басрой (1,2 млн. жителей, портовым городом Ирака, вторым по величине после Багдада), в реку Шатт-эль-Араб. Основа экономики – нефть, газ. Экспортирует, кроме нефти, финики (80% мирового рынка), а также шерсть, кожу. Дипломатические отношения с СССР с 1941 года.
      Международный аэропорт в Багдаде встретил нас тёплым (плюс 10 град.) февральским воздухом, в Москве в день вылета температура была 25 градусов ниже нуля. Представитель группы Советских военных специалистов (ГСВС) в Ираке встретил нас, проверил по списку, дал краткую характеристику обстановки в стране и вместе с переводчиком-арабистом из СССР Надиром отправил нас в колледж ВВС, расположенный в 180 км севернее столицы. С одной остановкой у придорожного кафе, где Надир угостил нас всех чаем, мы благополучно в два часа ночи добрались до нового места предстоящей лётно-инструкторской деятельности. Несмотря на позднее время, нас ждали лётчики-однополчане во главе со старшим группы в колледже Виктором Ивановичем Блиновым. Мне коттедж готовил Гена Евстигнеев, поэтому с ним мы и отправились знакомиться с моим жильём.
13.jpg14.jpg
1> Дракон (Mushhushu) из цветных фаянсовых кирпичей. 2> Цветной крылатый бык.
 
      Коттедж был небольшой, состоящий из зала, кухни, обеденного зала, спальни с двумя кроватями и совмещённого с душем санузла. Отопления не было. Выдали керосиновые лампы, русскими специалистами называемые лампы Аладдина. Такая лампа могла обогреть небольшое по площади помещение, вскипятить чай, при необходимости на ней можно приготовить пищу. Централизованного питания не было, поэтому каждый готовил себе еду сам. После лётной столовой на первом этапе командировки привыкать к этому неудобству было тяжело. Свой первый борщ, который я готовил весь день, пришлось отнести собакам. Те почему-то его тоже не стали есть, может быть потому, что я вместо капусты варил нечто, похожее на нашу капусту, купленную в недалеко расположенной лавке. Эта лавка принадлежала двум местным командирам аэ, торговали доверенные солдаты. В ней было всё минимально необходимое для жизни и плюс на неё возлагались функции снабжать жилой городок баллонами с газом для кухонных газовых плит, которыми комплектовались 85-90% коттеджей и газовых бойлеров. Водоснабжение централизованное, от круглосуточно охраняемой башни, похожей на летающую тарелку, в центре городка. Горячей водой обеспечивал газовый или керосиновый бойлер, расположенный вне каждого коттеджа. Керосин арабы привозили пару раз в месяц плюс по необходимости. Газовые бойлеры русские лётчики быстро переделали в электрические, как более простые в эксплуатации. Баллона газа хватало на нагрев двух-трёх ванн. А электрический нагрев осуществлялся одной спиралью (или тэном) постоянно, обеспечивая круглосуточно наличие теплой воды, при приёме ванной включали вторую спираль (тэн), увеличивая температуру воды до горячего состояния. Какие проблемы, если электроэнергия – бесплатная!
      Вокруг коттеджей были небольшие огороды, на которых многие сажали зелень, типа укропа, петрушки, а некоторые умудрялись выращивать арбузы по 7-8 кг. Картошка требовала специфического ухода, поэтому мы, не мудрствуя лукаво, покупали её в Тикрите или Биджи – городах, куда нас возили для закупки продуктов. Я пробовал экспериментировать с картошкой: посадил, каждый день поливал, выросла высоченная ботва, но клубни даже не подумали завязаться. Продавалась картошка только в конце зимнего периода, когда созревала, стоила дорого, использовалась в основном для приготовления первых блюд. В среднем брали по одному мешку и это на год.
      Ознакомив меня с коттеджем, показав как пользоваться местными электрическими приборами – кулером, кондиционером, телевизором и т.д., – Гена Евстигнеев ушёл домой отдыхать перед предстоящим рабочим днём. Я тоже лёг спать.
      Только окунулся в сладкие грёзы сна, как услышал грохот непонятного происхождения. Первая мысль была о нападении. Страна в состоянии войны с Ираном, единственное гнездо птенцов-авиаторов – мишень заманчивая. Тем более мы уже знали, что оставшиеся в живых, преданные Хомейни лётчики Ирана иногда прорывались и наносили удары как по недалеко расположенному огромному нефтехранилищу, так и по колледжу. Но гула самолётов не было, других шумов тоже, сон улетел, и я решил выяснить причину звука разбудившего меня.
      Включил свет, окна закрывались плотными шторами, помогающими спасаться от яркого иракского солнца, поэтому светомаскировку они тоже обеспечивали. Вышел в зал и увидел, что большая часть штукатурки с потолка лежит на полу, диване, журнальном столике. В комнате белая дымка поднявшейся пыли. Пару часов назад мы здесь сидели и смотрели с Геной телевизор, нам повезло. По темечку получить толстым куском смеси гипса с цементом, от обвалившегося потолка – удовольствие не самое героическое.
      Весь следующий день прошёл в знакомстве с личным составом советских инструкторов и переводчиков колледжа, получением подъёмных денег в количестве 10 иракских динар (на них можно легко было прожить 10-15 дней), ознакомлением с особенностями приготовления пищи из местных продуктов, передачи личного опыта практического выживания в условиях жаркого климата поработавших уже специалистов. Вечером мы, вновь прибывшие, накрыли столы, и знакомство продолжилось в более раскрепощённой обстановке.
      Старший группы СВС в колледже предупредил, что завтра предстоит поездка в Багдад представляться старшему ГСВС в Ираке генералу Константинову. Попросил знать норму. Предупреждение забылось после третьей стопки чая, и русский душок чувствовался от нашей компании даже в обед следующего дня, когда нас хотел лицезреть высокий начальник. Посмотрев в глаза каждому вновь прибывшему, генерал довёл до нас задачи и дал рекомендации по успешному выполнению контракта. Указав на нашу излишнюю бледность, по-отечески посоветовал беречь здоровье, ибо климат в Ираке суров, а нагрузки на организм лётчиков большие.
      После всех официальных дел мы занялись знакомством с Багдадом. Старожилы показали наиболее интересные места, где нам предстоит бывать много раз за время командировки. Предупредили, чтобы не бросались на блеск красивых вещей или золотых украшений. Нужно сначала ознакомиться с особенностями местных товаров, хорошо подумать нужно ли нам это, посоветоваться с товарищами, прожившими не один год в Ираке, а потом принимать решение на покупку. Совет был дельный.
      Вечером нас привезли в Тикрит, в колледж. Колледж находился между городами Тикрит и Биджи, с небольшим смещением на запад от дороги, связывающей их. До Биджи около 30 км, чуть меньше расстояние до родины Саддама Хусейна города Тикрит. Условно принято считать, что колледж ВВС Ирака находится в Тикрите. Дороги отличного качества, с широким разделительным (чуть не сказал газоном) участком выжженной безжалостным солнцем земли. Поэтому поездки до этих городов времени много не занимали. Автобусы хорошие с кондиционерами. В «умелых» руках местных солдат-водителей кондиционеры, правда, жили не долго.
      Следующий день пребывания в Ираке. Старший группы СВС в Тикрите утвердил план ввода в строй вновь прибывших специалистов, и мы вначале под его руководством, а затем самостоятельно по этому плану занялись изучением необходимых документов. На теорию ушло несколько дней. Много было особенностей, начиная с обозначений в кабине на английском языке, радиообмена на том же английском, новых для нас фигур пилотажа, элементов полёта и кончая организацией управления и руководства полётами на аэродроме.
      Кроме расположения пилотажных зон, порядка движения самолётов в районе полётов, запасных аэродромов и площадок для вынужденной посадки в районе полётов изучили чек листы (на английском языке) с порядком действий на различных этапах полёта, приказы по колледжу, программы обучения курсантов и порядок ведения и заполнения лётной документации. Потом тренажи по ведению радиообмена (на английском языке) и отработке действий в особых случаях в полёте согласно чек листа. Зачёты на допуск к полётам завершили теоретическую подготовку. После этого получили лётное обмундирование и приступили к полётам.
16.jpg17.jpg15.jpg
1> Орнамент фаянсовой облицовки тронного зала. 2> Западная стена нижних ворот Эштара. 3> Цветной рисунок льва.
 
      Наше прибытие в Ирак, совпало с получением контейнера с продуктами из СССР. Посылки были кстати. Кроме продуктов в комплектацию посылок включалось по 20-30 бутылок спиртного: коньяк, водка, вино, шампанское. А так как жили мы каждый в своём коттедже, то можно было наблюдать кучкование групп по интересам. Некоторые предпочитали только коньяк, другие шампанское, третьи водочку или всё это разнообразие сразу. Летали 10 дней подряд, потом три дня выходных. Этого времени вполне хватало на отдых и возлияния. Успевали, и подурачиться, и привести организмы в норму, отоспавшись или занимаясь другим интересным для каждого делом. Любили играть в волейбол, когда температура наружного воздуха не превышала +30 градусов. Основным заводилой волейбольных баталий был Костя Семерджи, уроженец Абрау-Дюрсо, приехавший в Ирак на год раньше нас из Ахтырки, большой любитель поедания гранатов, когда приходила пора их созревания. Вообще на момент начала моей командировки ахтырчане составляли 50% от всех советских лётчиков-инструкторов колледжа ВВС в Ираке, поэтому вливаться в обстановку нам было легко. Ненавязчивое наставничество давало положительные результаты.
      Четыре раза в неделю смотрели кинофильмы в летнем клубе под открытым небом. Фильмы меняли в Багдаде в посольстве, киномеханиками были все до капитана включительно по очереди, составленной старшим киномехаником. Как правило, это был лётчик, знающий киноаппаратуру, в обязанности которого входило содержание её в рабочем состоянии.
      По субботам перед фильмом в стационарном «зимнем» клубе проводились собрания, где старший группы подводил итоги прошедшей недели, сообщал указания вышестоящих руководителей, изменения в работе, претензии или пожелания иракской стороны и другие вопросы, связанные с жизнью и бытом специалистов и их семей. Переводчики доводили обстановку в регионе и о боевых действиях на линии военного противостояния войск Ирака и Ирана.
      Собрания необходимо было посещать, соблюдая форму одежды: строгая гражданская – зимой с галстуком, летом без галстука.
      В марте начались ракетные обстрелы Ираном территории Ирака. Первые ракеты были направлены на Багдад. Тикрит тоже был обстрелян. Часть нашей эскадрильи летала на лагерном аэродроме севернее города Dour, на левом берегу р. Тигр. Ездили туда через Тикрит, арабы показывали здание, рядом с которым упала ракета. Когда и куда ударят иранцы в следующий раз, никто не знал. В караван (вагончик, служивший нам комнатой отдыха и классом предполётных брифингов) завезли противогазы. Временами полёты прекращали, предлагая нам рассредоточиться подальше от строений, поискать какие-нибудь углубления на земной поверхности (бомбоубежищ на этом аэродроме не было). Мы не упускали возможность при временном безделье, пойти на поиск земляных грибов-трюфелей, которые заявляли о себе немного приподнятой вспученной почвой. На базаре эти грибы стоили бешеных денег, и собранный пакетик трюфелей, дома приготовленных, был божественно вкусен. При воздушной или ракетной опасности мы и в городке не пользовались бомбоубежищами, т.к. они кишели змеями и скорпионам. Курсанты-арабы по тревоге кучковались рядом с входом, тоже не решаясь прятаться внутри бетонной пирамиды. И только арабские дети хозяйничали в бомбоубежищах, принося нам иногда в стеклянной банке змейку, в обмен на шоколадку. Скорпионы жалили и в доме. Прежде чем ложиться в кровать, рекомендовалось встряхивать постель. Выключатели трогали с осторожностью, там тоже могла поджидать опасность. Многих пометило это насекомое. Гена Евстигнеев, однажды, придя из кино, увидел под светом яркого фонаря на входе в коттедж стайку веселящихся скорпиончиков. Гена потребовал освободить ему доступ к входной двери, просьба осталась без внимания. Тогда он взял палочку длиной с карандаш и начал наказывать наглецов, давя их. Один из тактически грамотных скорпионов, ушёл от лобовой атаки, подкрался сзади и ужалил противника в ногу. Геннадия Филлипыча тут же покинул боевой задор, он отступил, бросив своё оружие-палочку, и направился к коттеджу Юры Спицына за советом и поддержкой. Юра, жаленный советским скорпионом в Азербайджане, на вопрос Гены: «Что делать?» – предложил ему прилечь на диван. Сам ушёл на кухню и продолжил заниматься своими делами. Через полчаса Гена спросил его:
      — Что будет дальше?
      Юра серьёзно ответил:
      — Ты полежи-полежи на диване, мы и посмотрим, что будет дальше!
      Выругавшись, Гена покинул коттедж Юры Спицына, пошёл к старшему группы СВС в колледже, которому по штату была положена машина, тот его отвез в госпиталь, где Гене сделали прививку, на том его боевые действия со скорпионами закончились.
      Однажды, после получения очередной «фруктовой» посылки (5 кг югославских яблок и 25 бутылок спиртного), среди ночи ко мне в дверь постучал сосед-переводчик Васильев. Выглядел он странно во время холодной февральской ночи: кроме плавок на нём ничего из одежды не было. Он просился переночевать, объясняя, что дверь его коттеджа захлопнулась, а ключей в плавках почему-то не оказалось. Не задавая вопросов, я пустил парня в дом. В моём коттедже жил ёжик и иногда ночевал на свободной кровати, когда я забывал закрыть дверь в спальню. Пустая «ежиная» кровать пригодилась.
      Сосед проснулся очень рано утром. Сильнее всего хочется попасть домой, когда захлопнешь дверь. И он начал вслух размышлять, как ему проникнуть в свой дом. Я предложил пролезть через отверстие от снятого кондиционера. Васильев потрогал кондиционер, убедился, что он тяжёлый, и отверг мою идею. Зато мысль о двери на крыше ему понравилась. Крыши в Ираке плоские, со стенами от метра до 1 м 80 см в высоту, служили как бы вторым этажом, и использовались для установки баков с водой, кулеров, увлажняющих воздух в коттеджах, и, русскими специалистами как место для загара на утреннем щадящем солнце. Выход на крышу осуществлялся по стационарной бетонной лестнице.
      Дверь на крыше в дом соседа была закрыта на задвижку, но верхняя часть этой железной двери имела окошки, которые Васильев без раздумий разбил принесённым мной черпаком. Просунув руку внутрь, орудуя половником, он энергично пытался открыть задвижку. Его рвение было прямо пропорционально желанию попасть домой. Вдруг послышался голос изнутри:
      — А может, лучше я вам дверь открою?
      Мы опешили от неожиданности!
      Оказалось, вечером у Васильева «гудела» компания. Ему зачем-то понадобилось сходить к соседу. На обратном пути, он, не дойдя до дома, подёргал дверь «своего», а на самом деле чужого коттеджа. Дверь была заперта, ключей нет. Не разобравшись в ошибке, бедолага постучал ко мне. Компания в его доме благополучно догуляла без хозяина и ушла, предусмотрительно оставив дверь открытой. Ключи от коттеджа всю ночь проторчали в замке с внешней стороны двери. Утром две другие семейные пары, прогуливаясь, увидели открытую дверь и зашли. Картина была изумительная: стол накрыт, хозяина нет, телевизор работает. Сели ждать, когда возвратится Васильев. Услышали шум, звон разбитого стекла, поднялись наверх и с удивлением увидели хозяина, пытающего проникнуть в собственный коттедж через запертую дверь на крыше при помощи черпака. Задвижку благополучно открыли, хозяина впустили.
       С введением Горбачёвского «сухого закона» спиртное сначала уменьшили в количестве, а потом вовсе исключили. Но к тому времени нашу зарплату, ранее рассчитываемую с иракского динара, начали начислять относительно американского доллара, открыв счета во Внешэкономбанке, и мы могли отовариваться в магазинах свободной торговли, не отказывая себе, в том числе и в спиртном.
      Полёты в Ираке отличались демократичностью, доверием лётчику. После зачётов по теории, был облёт района полётов, и по одному контрольному полёту на Л-29 с летающим уже здесь лётчиком. Я десять лет назад летал на этом самолёте, имел налёт на нём около 300 часов, а некоторые никогда даже не сидели в кабине Л-29, так им разрешили сделать аж целых два контрольных полёта.
02.jpg12.jpg
1> «Карта» для полётов в Ираке. 2> Вавилон. Ворота. Такими я их видел 19.06.1986 г.
 
      Местность чужая, мало ориентирная. «Карта» с зонами пилотажа – фотография 9х12 (смотри снимок). Радиотехническое обеспечение недостаточное. Радиообмен на английском языке, в школе и училище я изучал немецкий. И курсанты, и мы, вновь прибывшие специалисты-инструкторы, имели проблемы с английским языком. Обучаемые не владели русским языком. Всё это затрудняло общение. Приходилось набирать как английский запас слов, так и арабский. Использовали слова трёх языков: русского, арабского, английского. Чехута Анатолий Корнеевич, с которым довелось летать почти два года в одной эскадрилье в колледже ВВС Ирака, во 2-м томе книги П.Н. Чуйко «Жизнь в авиации и человеческие судьбы» на стр. 178 описывает, как мы общались с арабскими студентами-курсантами. Привожу отрывок из его «Иракских историй»:
      «Искусство общения нашего брата-авиатора с иностранцами настолько многогранно, что, если бы пришлось, например, с китайцем попасть на необитаемый остров, то, вероятно, уже через полчаса понимали бы друг друга без проблем. Мы все помним, какие были наши познания иняза в ХВВАУЛе. И вот я летаю в Ираке, где язык – арабский, а язык обучения – английский. Словарный запас – ниже плинтуса, к тому же с «ирландским акцентом» и нет переводчика. Если он когда-либо и появляется, то все равно его не возьмешь с собой в самолет. А обучать-то надо.
      Кто придумал фразу, которая стала крылатой для всех поколений инструкторов, уже никто не вспомнит. Но техника выполнения бочки на самолете звучала так: «Лязим стик вбок». Где «лязим» на арабском – «надо», «стик» на английском – «ручка управления», а «вбок» – оно и в Африке вбок. И что поразительно, студенты-арабы понимали прекрасно».
      Качеством обучения русскими специалистами арабская сторона была довольна. Основным отличительным достоинством советских лётчиков-инструкторов, направляемых обучать иностранцев, была прекрасная техника пилотирования и наработанная в Союзе методика лётного обучения. Грамотный показ отдельного элемента полёта – шаг к успешному освоению его, а в дальнейшем и всего упражнения. Наряду с нами курсантов-студентов (арабы своих курсантов колледжа называли студентами) обучали инструкторы из Индии. Они удивлялись, почему их, с совершенным английским, курсанты понимают хуже, чем русских инструкторов, соответственно и летают хуже, чем у русских. Арабы успокоили индусов, сказав им, что курсанты берут от них английский язык, это тоже хорошо для военного лётчика. За курс обучения арабы несколько раз делали замену инструкторов, переводя курсантов от индуса к пакистанцу или русскому, от русского к египтянину или бенгальцу и т.д. Закреплены группы были условно, летать разрешалось с любым курсантом АЭ. Допуск к первому тренировочному полёту давал инструктор другой группы.
      Однажды араб, командир АЭ, попросил проверить курсанта. На первой же посадке я определил, что курсант «не видит земли» из-за неправильного направления взгляда. Он смотрел через лобовое стекло, в результате высоко выравнивал с последующим добиранием, потерей скорости и опасным падением на ВПП. Взлетев «с конвейера», до следующего захода на посадку с курсантом удалось установить языковой контакт и объяснить ему, куда необходимо переносить взгляд и на какое расстояние. Напомнил перед выравниванием о переносе взгляда. Курсант начал «щупать» землю. После двух-трёх посадок появилась уверенность, что проверяемый готов безопасно садиться. Для уверенности сделали ещё несколько посадок, и я со спокойной душой выпустил его в тренировочный полёт. Командир АЭ был доволен результатом, до этого он представлял курсанта на списание из-за неумения выполнять посадку. Добрая репутация русских специалистов подтвердилась ещё раз. Через год мы случайно встретились с этим курсантом в Багдаде, он уже был лейтенантом и служил недалеко от столицы. Летал на МиГ-21. Он поблагодарил меня за тот полёт и рассказал, что командир АЭ давал его мне на списание. Да и сам он считал полёт прощальным.
07.jpg06.jpg
1> Золотая мечеть Аль-Аскари – главный шиитский храм Ирака в городе Самарра.
Вид сзади на мечеть. Вдали видна река Тигр. 1985-1988 гг. 2> Вид с городской площади.

 
      Вскоре мне дали курсанта, отстраненного от полётов на начальной стадии обучения из-за посадки без шасси с инструктором-арабом. До выпуска группы оставалось две недели. С арабом, командиром АЭ, выработали сокращённую программу специально для этого курсанта. Звали студента Messoud Alawi (Alawi – в переводе «счастливый»), из города Киркук. Через 12 дней, летая без выходных, курсант был готов к зачётному полёту за весь курс обучения, который он успешно сдал. Каждый день он выполнял по четыре заправки, в начале смены тренировочные полёты, потом контрольные – задел на завтра. Только в конце этого марафона курсант признался, что очень устал. На выпуске 24 апреля 1986 года он был действительно счастливым.
      Что мне больше всего нравилось в иракской системе подготовки студентов-курсантов, будущих лётчиков? Уже на стадии обучения они чувствовали себя офицерами-лётчиками. Никакой лишней писанины, инструктор после полёта оценивал качество действий курсанта на специальном бланке и подшивал в folder, папку-скоросшиватель. Проведение инструктором брифинга (постановки задачи, порядок выполнения задания и отдельных его элементов) непосредственно перед вылетом. Отсутствие понятия «плановая таблица», и это при одновременных полётах трёх-четырёх эскадрилий на двух-трёх ВПП. Меньше было ограничений по пилотажу, хотя большими любителями пилотажа я арабов не считаю. Некоторые местные инструкторы явно уклонялись от полётов, где нужно «рвать пупок». Они предлагали пилотам из СССР, особенно вновь прибывшим, слетать с его курсантом, покрутить в зоне «клевера», «восьмёрки» и прочие «стол тёрны».
      Много было групповых полётов. Причём обучение парой начиналось с сомкнутых боевых порядков «Close-formation» 5х5 метров, с выполнением глубоких виражей, barrel-roll (неправильных бочек – кадушек), петель Нестерова и так далее. Команды ведущий подавал только руками, никакого радиообмена. Потом в разомкнутых боевых порядках «Fighting Position» 150-200 метров, угол визирования 10-35 градусов сначала на средней, а после на малой, высоте отрабатывалось боевое маневрирование с разными «Hard-turns» и реверсами, где крен допускался 65-70 градусов, перегрузка до 3,5 единиц. Перестроение на маневре с превышением или принижением в зависимости от высоты и вида маневра.
05.jpg18.jpg
Автор. На заднем плане Вавилонский лев, побеждающий врага столь необычным способом.
 
      Никогда не было вопроса, где находится ведомый, в боевом положении (именно так переводится «FP») он всегда должен находиться внутри строя. Если я хотел видеть ведомого справа, просто создавал крен вправо. На боевом маневрировании ведомого о характере маневра предупреждали по радио.
      Полёт в зону и обратно выполняли в сомкнутом боевом порядке «CF» 5х5 м. Этот строй удобен визуальным контактом ведущего и ведомого, способных скрытно, в режиме радиомолчания, выполнять поставленные задачи. При очень близком расстоянии между самолётами в паре, видны незначительные отклонения в выдерживании своего места в строю, а опасность столкновения не больше, чем при полёте на интервалах и дистанциях нашего сомкнутого боевого порядка, измеряемого десятками метров. Сложности этот вид полётов для курсантов не представлял, разве что на начальной стадии обучения чисто психологическая боязнь рядом находящегося самолёта.
      Как-то при возвращении из зоны в «Close-formation» с курсантом Felah Hassan, я в горизонтальном полёте триммерами сбалансировал самолёт, отпустил ручку управления и руки положил на фонарь. Когда оглянулся на ведомого, увидел, что он точно также держит руки на фонаре и выдерживает своё место в строю 5х5 метров. Летал этот курсант хорошо, поэтому ему многое прощалось. Он обучался лётному делу во Франции, но был отправлен домой, с его слов, за чрезмерное внимание к женскому полу. Вираж называл по-французски (звучит, как и по-русски – «вираж»). В тренировочных зонах делал непредусмотренные заданием повороты на горке (Stall Turns). Узнал от него, что на этой фигуре он свалился в штопор и самолёт прекрасно вышел из штопора. В контрольных полётах сваливание в штопор и вывод из него с разных фигур мы отрабатывали, поэтому и курсант действовал без паники. Но в дальнейшем я просил задание не нарушать. С помощью объективного контроля проверить тренировочные полёты мы не могли, т.к. плёнки САРПП не проявлялись, снимались с самолёта после 2-3 полётов, когда заканчивались и хранились. Только аварийная ситуация заставляла в полном объёме дешифрировать, в том числе и старые, плёнки ОК.
      При самостоятельных полётах по маршруту на малой высоте курсантов сопровождали инструкторы, держась метрах в 150 сзади его самолёта. Высота полёта была 200 метров, маршрут часовой над пустынной местностью. Эшелон все строго выдерживали.
      Но Felah Hassan в первом же самостоятельном полёта начал экспериментировать. Ещё до первого поворотного пункта он как бы нечаянно потерял высоту до 100 метров. Моей реакции не последовало, просто я ближе подошёл к нему. После 2ППМ он снизился до 50 метров, прошел некоторое время, я занял «C-F» 5х5 м. На высоте 20 метров позволил пролететь ему секунд 15-20, после чего сделал движение рукой снизу вверх ладошкой кверху и установленные заданием 200 метров тут же были заняты. В остальных тренировочных маршрутах высоту Felah выдерживал строго, хотя после полёта я ему ничего не сказал.
      Однажды кто-то из наших инструкторов сообщил командиру АЭ, что в полёте на сопровождение на высоте 200 м подвергся атаке самолёта МиГ-25. Тот пообещал разобраться. Оказывается, соседняя база действительно отрабатывала по нашим самолётам свои перехваты, другие лётчики тоже видели МиГ-25 в этом месте, думали, что сближения случайные.
      С находящегося в 110 км юго-восточнее от нас аэродрома «Аль-Бакра» Су-22 частенько нарушали воздушное пространство наших зон, граничащих с их районом полётов, поэтому и МиГ-25 над Сирийской пустыней не вызвали беспокойства. В тот день маршрутные полёты за Евфрат нам запретили, не нравятся, что вас перехватывают – не летайте.
08.jpg09.jpg
1> Спиральный минарет Эль-Мальвийя в Самарре, высотой 54 метра. Построен в 848-852 годах
из песчаника халифом al Muatasim. 2>
Вид с высоты птичьего полёта на город и эль-Мальвийю. Мечеть Аль-Аскари и минарет Эль-Мальвийя входят в список Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО.
 
      В выходные дни знакомились с иракскими достопримечательностями. Арабы иногда организовывали нам экскурсионные поездки в Вавилон, Киркук, Самарру, а также пляжные, на оборудованные водоёмы Хабании.
      Вавилон (Babylon – от слова бабили, т.е. ворота богов) самый известный древний город, знаменитый своим величием, архитектурой и культурой, город – носитель цивилизации в течение 15 веков, со времён амуров (около 1850 лет до н.э.). В 322 году до н.э. Вавилон стал столицей Александра Македонского. Греческие и римские историки отнесли Вавилон к семи чудесам света. Нам довелось увидеть руины некогда процветающего города: развалины южного дворца, состоящего из пяти дворов, в том числе тронный зал, украшенный цветными рисунками, развалины висячих садов. Осматривали руины главного дворца, где в 80-х годах прошлого века ещё стоял знаменитый вавилонский лев, побеждающий врага, и мы с огромным удовольствием фотографировались возле него. Нас забавляло то, что символом врага была фигура женщины, лежащей в интересной классической позе. Удалось ли льву-победителю выстоять под натиском современной демократии, или он перебрался в более достойный вольер?!
      Киркук довелось посетить только один раз, так как этот древний город, находящийся на месте хурритской столицы Аррафа или Арафха (III тысячелетие до н.э.), считался прифронтовым.
      В Самарру ездили практически ежемесячно как на экскурсии, так и с целью что-либо купить. Самара – центр империи Аббасидов и древняя столица исламского мира. Город с населением 200 тысяч жителей расположен в 130 км к северу от Багдада и протянулся на 41,5 км вдоль левого берега реки Тигр. Название от арабской фразы – «радость смотрящему». Главными достопримечательностями его являются: Великая мечеть Аскария (Аль-Аскари) в центре Самарры – главный шиитский храм страны и спиральный минарет Эль-Мальвийя на окраине города. Эти сооружения входят в список Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Высота минарета (башни) Эль-Мальвийя 54 метра. Она построена в 848-852 годах из песчаника халифом al Muatasim. На вершине минарета, говорят, когда-то стояла деревянная беседка с восемью колоннами, в которой халиф любил отдыхать с наложницами. Поднимался на вершину минарета халиф на ослике по винтовой лестнице, опоясывающей внешнюю сторону стен башни. Ширина этой лестницы составляла около 2-х метров, перил или каких-то других ограждений с внешней стороны не было. Мы тоже поднимались на самый верх, я лично ослику не доверился бы. Экскурсоводы шутили, что если неверная жена поднимется на вершину минарета, то упадет вниз. Наши жёны забирались на башню и стоя на вершине, доказывали свою верность.
      После смерти халифа, в более поздние времена минарет и рядом расположенная обнесённая высокими стенами площадь, исполняли роль университета. С башни древние учителя читали лекции, а ученики сидели внизу и познавали науки. Внутри самой башни хранились книги, библиотека дожила до наших дней, но нас внутрь её не впускали, из-за неоценимости экспонатов для человечества.
10.jpg11.jpg19.jpg
Самарра. Мечеть Аль-Аскари возведена более 1000 лет назад. Была внесена в список Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Уничтожена современными варварами, считающими себя разумными.
 
      Знали бы иракцы, что впереди их ожидает свобода и демократия по-американски! Когда бомбят города «носители справедливости», ЮНЕСКО языки засовывает в известное место, а другие ценители уникальных древних культур потирают руки, что будет пожива.
      Золотая мечеть Аль-Аскари с её огромным 68 метровым в высоту куполом, состоящим из 72 тысяч золотых пластин, после американской бомбардировки представляла собой жалкое зрелище. Два теракта завершили начатое хозяевами. В феврале 2006 года взорван золотой купол, минареты от первого теракта устояли, а теракт 13.06.2007 года разрушил и минареты.
      Примерно в километре от Самарры, на противоположном берегу реки Тигр находился Аль-Ашек, замок влюблённых, памятник старины. Однажды в одном из переходов Аль-Ашека мы увидели человека, долбившего стену. Мы тут же назвали его графом Монте-Кристо. Экскурсовод сказал, что это научный работник. Через день-два по телевидению показали, что в Аль-Ашеке нашли большой клад древнейших монет. Сомнений ни у кого не было, что клад надолбил «граф Монте-Кристо».
      В столицу Ирака Багдад ездили каждые две недели, поменять кинофильмы в посольстве, получить «дыню» от генерала в офисе ГСВС (провинившемуся), к нашим врачам в торгпредстве и просто купить что-то особенное, чего не найдёшь в соседних городах. Летом в Багдад желающих ехать не было из-за жары (более 50 градусов в тени), поэтому старший назначал 2-3 жертвы попарить кости, заодно и фильмы заменить. Зимой же пустых мест в автобусе, как правило, не было, температура +10 градусов по Цельсию располагала к прогулкам по городу. Внеочередные поездки в Багдад осуществлялись для встречи прибывших из Союза или убывающих в Москву специалистов и их жён. Дважды в неделю для закупки продуктов ездили в города Тикрит или Биджи. Тикрит – родина Саддама Хусейна, президента Ирака, небольшой чудесный городок на высоком правом берегу реки Тигр. Огромные финиковые пальмы, посаженные в массивные каменные вазоны, вдоль всей центральной улицы, пересекали город. Широкий газон, обрамлённый бетоном, с этими красивыми пальмами посредине, разделял встречные полосы движения. Празднично-яркая освещённость улиц в тёмное время суток, придавала особый шарм городу ночью.
      С воздуха ночью многие города Ирака смотрелись красиво, но летать над ними запрещалось. Однажды прибывший из строевой части арабский лётчик, после полёта ночью по маршруту, начал описывать как красивы минареты Самарры. Мы предупредили его, что летать над городом нельзя. Он только ухмыльнулся на предупреждение. Через полтора часа бледный, с трясущимися руками, рассказывал нам, как его взяли «в клещи» зенитчики, ещё до подхода к Самарре. И только энергичные маневры и предельно-малая высота над водной гладью Тигра помогли ему уйти от расправы.
      Три года я обучал арабских курсантов на самолётах Л-29 и Л-39. Налетал за это время около 1.300 часов. Изучил инструкцию самолёта Эмбраер «Тукано» Т-27, но командир АЭ, араб, не захотел отпускать меня в соседнюю АЭ, летающую на «Тукано».
03.jpg
За качественное обучение курсантов. Посмотрите, с каким уважением вручается дорогая иракская чеканка
нашему инструктору офицером иракских ВВС. Здесь Коля Козлитин в очках, как шеф парагвайской разведки (прим. админа).

 
      За месяц до окончания контракта арабы предложили нам полетать у них ещё пол года. Все 11 специалистов, у которых контракт оканчивался, отказались. Обсуди этот вопрос раньше, многие остались бы до лета, зарплата в Ираке была достойная, а возвращаться в Москву лучше, когда там тепло. Да и положенный после командировки отпуск лучше гулять летом. В те годы связь с Родиной держали через почту, из Ирака она шла не меньше месяца. И только москвичи могли позвонить домой по телефону. Все уже сообщили домой, когда их встречать и из-за неорганизованности местной стороны планов своих никто не хотел менять.
      Союз в это время во всю «перестраивали» борцы за демократию, готовя с помощью «засланцев» и за копейку продавшихся иуд, яму для своего народа, для СССР. А резвые журналисты стращали народ «правдой» и крысами ростом с большую собаку, якобы обитающими в московском метро.
г. Тула, 03.05.2012 г.

      Напоминаем, что оценить представленный материал вы можете не только в комментариях, но и с помощью выставления оценки
ЛУЧШИЙ-ХУДШИЙ  (по пятибальной шкале) и нажав клавишу РЕЙТИНГ вверху страницы. Для авторов и администрации сайта ваши оценки чрезвычайно важны!


 

Комментарии  

 
+2 #7 Александр Медведь 17.12.2013 14:36
Николай, привет! Я - Медведь (переводчик, 2-я АЭ, 1985 - 1988 г.г., той самой, что летала на бразильских Т27 - Тукан)
С удовольствием почитал твои мемуары, нашел знакомые имена и на минуту вернулся в тикритскую жизнь. Правда, тема самогоноварения не раскрыта ))). О песчанной буре в ноябре 1985 ни слова ))). А где история о саунах в коттеджах и их основателе Москалеве Сане? Ведь труд какой! Найти катушку от кабеля, разбить, перенести, сколотить полки, вдюндить спираль на 2 киловатта и обложить ее камнем. Об этом молчать нельзя.
С удовольствием, с преогромным удовольствием почитал! Сейчас Стасу Разумовскому ссылку по Скайпу отправлю
Цитировать
 
 
+2 #6 Сергей Фесенко 18.12.2012 17:17
Николай Иванович, здравствуйте. С удовольствием прочитал Ваш рассказ. Благодарен судьбе за то что, был курсантом в Вашем звене (1983-1984 гг. Ахтырка). С уважением, Сергей Фесенко, ХВВАУЛ-86, Киев.
Цитировать
 
 
+3 #5 Николай Козлитин 06.09.2012 18:22
ДРУЗЬЯ, ПРИЯТНО БЫЛО С ВАМИ ПРЕЖДЕ СЛУЖИТЬ, И СЕЙЧАС ОБЩАТЬСЯ. СПАСИБО ЗА ТЁПЛЫЕ СЛОВА.
Цитировать
 
 
+4 #4 Ирина Зубанова 30.08.2012 13:11
Прочла "Командировку в Ирак" на одном дыхании - очень интересное эссе. Чувствуется также, что автору есть еще о чем рассказать. Желаю творческих успехов и новых произведений.
Цитировать
 
 
+4 #3 Юрий 14.07.2012 03:16
Николай Иванович, читал с удовольствием! Спасибо!
Цитировать
 
 
+5 #2 Иван Чайка 13.05.2012 14:47
Интересно написано. Можно продолжить и расширить.
Цитировать
 
 
+5 #1 Огерь Михаил Николаевич 11.05.2012 13:44
Поздравляю с дебютом! Просто очень хорошо и интересно!!!
Цитировать
 

Добавить комментарий

Комментарий публикуется после одобрения его модераторами. Это необходимо для исключения оскорбительных для авторов комментариев.


Защитный код
Обновить


test
    © 2009-2017 гг.   Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов без согласия авторов и без ссылок на данный сайт ЗАПРЕЩАЕТСЯ и будет преследоваться по закону!

Создание сайта студия "Singular"

каркас для гамакагидролок